Советы и руководящая роль партии

Опубликовано: 11.11.13

Эдуард Нигмати, Исследования, Книги

Современный, то есть постперестроечный, марксизм переживает острый кризис направления. Конечно, заявлений, о том, что «социализм — это движение вперед, а не назад», особенно от организаций близких к троцкизму, более чем достаточно. Проблема не в заявлениях, а в ясном понимании исторического времени, и о конкретном месте коммунистического движения на политической шкале вчера, сегодня и завтра.

Коммунизм, как будто потерял свое определенное положение локомотива исторического прогресса, и «браво» устроился в последнем вагоне социальных движений. Иногда, его лидеры вдруг вспоминают, что нужно вести за собой пролетариат и начинают изображать движение, глядя из тамбура своего последнего вагона. И эта иллюзия коммунистического процесса вся и всем сердцем направлена назад, в «светлое» прошлое.

Другими словами, у движения, которое своей основой считает диалектический материализм, настоящая беда с диалектикой, когда речь заходит об истории социализма или о современном состоянии общества. И дело не в том, что мы перешагнули через столетие социалистической революции в России, простой линейный отсчет времени для диалектики ничего не значит, дело в том, что значимые противоречия, повороты и кризисы в развитии социализма рассматриваются не как часть исторического процесса, а как результат субъективных ошибок.

Одновременно, наиболее значимые, прорывные открытия революционной практики, преподнесенные в произведениях классиков марксизма-ленинизма, рассматриваются исключительно, как статические явления. Как Ленин сказал в 1917 году, как революция распорядилась, как творчество масс в тот момент организовало, только так и правильно. Так было тогда, так должно было оставаться, только так и должно повториться теперь, когда социализм отступил и необходимо начинать новое движение к революции.

Советское государство, то есть государство диктатуры пролетариата, является одним из тех важнейших представлений в современном марксизме, где диалектика либо отступила, либо применяется слишком плоско и прямолинейно, исключительно на основании речей Сталина в защиту Конституции 1936 года.

Вероятно, не все читатели просвещены, что две ветви революционного коммунизма в России разобщены уже два десятилетия в том числе и по поводу спора об «ошибке» Сталина, который внес в Конституцию победившего социализма новую форму Советской власти, а точнее формирование Советов не по производственному принципу, а по территориальным округам. На одном краю РКРП-КПСС, взявшая на вооружение позицию Фонда рабочей академии, на другом ВКПБ, отвергающая «ошибку» Сталина.

Наиболее последовательно позиция РКРП выражена в статье Тюлькина и Попова «Ленинизм и ревизионизм в основных вопросах теории и практики социализма». Наиболее последовательно со стороны ВКПБ эту статью критикует Маевский («Ответ «критикам» сталинской Конституции»). Тюлькин и Попов утверждают, что системная возможность гибели социализма заложена в 1936 году отступлением от производственного принципа формирования Советов. Маевский доказывает, что выборы по территориальным округам обусловлены устранением эксплуататорских классов, что их возможность предугадана Лениным, что после построения социализма новая форма Советской власти логически следовала, и что все это вместе взятое не отменяет диктатуру пролетариата.

Подчеркну, что обе позиции при этом сходятся в обвинениях Хрущеву, при котором в Программе партии диктатура пролетариата была отменена де-факто.

Не буду в данном случае рассматривать исторические описания программных документов РКРП и ВКПБ, в которых иллюстрируется набор верных, но субъективных причин отступления социализма в СССР. Это исследование выходит за рамки данной статьи. Выделю важный момент, позиция Маевского — правильная. Смена формы еще не меняет сущности. Новую форму Советской власти продиктовал исторической момент. В этом взгляде четко прослеживается диалектическая попытка изучения диктатуры пролетариата. В то же время, как и было сказано выше, на самом деле — здесь только попытка, и она очень прямолинейная, по принципу, раз Сталин так сказал, значит «оно» и правда.

Вряд ли таким аргументом можно убедить современную образованную (точнее запутанную образованием) публику. Еще менее аргумент цитаты убедителен для рабочего класса, утратившего свою диктатуру, под напором подобных доказательств «в кавычках». Таким образом, правильный шаг Маевского оказался незавершенным. Советская власть могла и должна была менять свои формы, Советская власть укрепила свои позиции и подтвердила полное построение социализма, но в 1962 году диктатура пролетариата была отменена в Программе КПСС, а в 1993 году, последний оплот Советской власти капитулировал под танковым обстрелом.

И давайте сначала вспомним, что 93 году предшествовали отмена 6 статьи Конституции СССР о руководящей и направляющей роли коммунистической партии и затем запрет деятельности КПСС... Вот!.. Диктатура пролетариата держалась не на форме Советской власти, а на руководящей роли компартии. И если искать причины кризиса и гибели Советской власти, то они никак не связаны с реформированием права и должны корениться в каких-то определенных условиях для возникновения оппортунизма в правящей коммунистической партии.

Но, говоря так, то есть отдавая в исследовании приоритет партии, а не форме Советской власти, можно подключить к спору главных противников социализма. Любимый конек всех либеральных и оппортунистических теорий — это отсутствие демократии при социализме.

Следовательно, исследуя вопрос диктатуры пролетариата, нужно последовательно определить Советы, взаимосвязь Советов и коммунистической партии и выявить механизм власти рабочего класса. Более того, Советы, взаимосвязь компартии и Советов и, обусловленный этой взаимосвязью, механизм власти рабочего класса — это не статические явления, а процесс построения коммунистических отношений, который пока в единственном известном нам историческом случае на определенном этапе пошел вспять.

В любом случае, если коммунисты считают себя революционной партией, клянутся «диктатурой пролетариата», определяют диктатуру пролетариата, как власть Советов, но каким-то фантастическим образом в своих исследованиях Советской власти опускают руководящую и направляющую роль коммунистической партии, то в мировоззрении этих коммунистов появилась ошибка, которая в своем развитии непременно и обязательно приведет к отрицанию диктатуры пролетариата.

Органы диктатуры пролетариата, и будущие формы этой диктатуры внутри буржуазного общества не смогли быть последовательными, и не смогли удержать власть прежде всего потому, что эту последовательность не вносила в них революционная марксистская партия рабочего класса. Этот факт подтвержден поражением Парижской Коммуны, предательством Петербургского Совета в революции 1905 года.

Именно поэтому Ленин в промежутке между Февральской и Октябрьской революциями требовал снятия лозунга «Вся власть Советам!» до того момента, пока Советы не стали преимущественно большевистскими. Именно поэтому развитие Октябрьской революции было кризисным в период двупартийности Советов, и продолжало быть кризисным, пока сама коммунистическая партия дробилась на фракции.

Советы безошибочно и эффективно выполняли свою работу и пополнялись настоящими рабочими лидерами лишь до того времени, пока коммунистическая партия не отклонялась в сторону оппортунизма. И именно после 20 съезда, когда уклон в КПСС стал явным, Советы так же наиболее явным образом приобрели номенклатурно-бюрократический оттенок.

Отмена на уровне Конституции СССР руководящей роли КПСС привела к тому, что во время переворота ГКЧП горкомы и обкомы партии фактически стояли в стороне от противостояния народа и Правительства. Рабочий класс вдруг повелся за буржуазией и начал забастовки против Советской власти. Наконец, последний оплот Советской власти Верховный Совет Российской Федерации в 1993, был совершенно разношерстным, далеким от коммунизма органом. Смутные позиции Хазбулатова, Руцкого не могли вызвать настоящего сочувствия в рабочем классе. Даже призывы отдельных коммунистов защищать Совет не подняли страну, не возвратили ее в лоно революционного развития.

Итак, совершенно ясно, что Советская власть могла быть диктатурой пролетариата, только при руководящей роли коммунистической партии большевистского типа. Ни форма выборов Советов, ни такие второстепенные вещи, как право отзыва депутатов, открытое голосование на собраниях избирателей, отстранение от выборов прежних правящих классов не могли и фактически не повлияли на отступление СССР от социализма. Фактическим и единственным виновником кризиса коммунизма была КПСС образца 1956 — 1991 года.

У читателей уже наверняка создалось впечатление, что я исповедую социалистическое государство без Советов или иной формы государственной власти. На самом деле, такой формы социалистического государства не было и никогда не будет. На этом месте мы подошли ко второму вопросу и второй части статьи, т. е. к природе, сущности и диалектике Советов в СССР.

К содержанию>>> Дальше>>>



Комментарии (2)

  1. Виктор Тяпин 18 ноября 2013, 23:19 #
    1. «Органы диктатуры пролетариата, и будущие формы этой диктатуры внутри буржуазного общества не Смогли быть последовательными, и не Смогли удержать власть прежде всего потому, что эту последовательность не вносила в них революционная марксистская партия рабочего класса.»

    Я в двух местах выделил заглавным шрифтом букву С. По-моему, ее можно удалить без ущерба для текста.

    2. Для того, чтобы понять, почему без руководящей роли коммунистической партии диктатура пролетариата невозможна, надо четко уяснить в чем заключается разница между двумя основными классами, определяющими лицо формации.
    Любая формация представлена классом собственников средств производства и не-собственников. Собственники всегда заинтересованы в приумножении своей собственности, т.е. в развитии средств производства. Не-собственники — никогда. Например, распределение общественного продукта среди пролетариев осуществляется пропорционально отработанному рабочему времени. Первоначально экономисты считали, что рабочие продают буржуям свой труд, поэтому такое распределение назвали «по труду». Но Маркс обнаружил, что продается не труд, а рабочее время на определенное время. Но термин остался, хотя правильно называть такое распределение пропорционально рабочему времени.
    Но тогда экономия от продажи своей рабочей силы рабочим получается либо от сокращения рабочего дня, либо от повышения заработной платы. Поэтому рабочие НИКОГДА не бастовали ЗА интенсификацию труда и снижение своей зарплаты, но наоборот — сколько угодно. Но общество, в т.ч. рабочий класс, может богатеть только при повышении производительности труда и снижения поштучной зарплаты. И для создания социализма необходимо руководство партией, которая, понимая это, способна возглавить движение общества в нужном направлении. Иначе не только социализма не будет, но и диктатура пролетариата не получится.
    1. Виктор Тяпин 25 ноября 2013, 19:27 #
      Не совсем понял, почему ты меня приглашаешь к обсуждению. В принципе, я уже высказался раньше. И позже тоже. Но если настаиваешь, добавлю, хотя, возможно еще и ранновато.

      Ты пишешь: «Органы диктатуры пролетариата, и будущие формы этой диктатуры внутри буржуазного общества не смогли быть последовательными, и не смогли удержать власть прежде всего потому, что эту последовательность не вносила в них революционная марксистская партия рабочего класса.» Полностью согласен: не могли, не смогли и никогда не смогут. И дело здесь совсем не в том, была ли во главе советов партия, называющая себя авангардной, а в том, была ли эта партия всё ещё авангардной, коммунистической.

      Ты показываешь: «Советы безошибочно и эффективно выполняли свою работу и пополнялись настоящими рабочими лидерами лишь до того времени, пока коммунистическая партия не отклонялась в сторону оппортунизма. И именно после 20 съезда, когда уклон в КПСС стал явным, Советы так же наиболее явным образом приобрели номенклатурно-бюрократический оттенок.» То есть диктатура пролетариата исчезла не из-за каких-то формальных причин, а из-за того, что коммунистическая партия перестала быть коммунистической. А этот вопрос зависит не столько от пролетариата, сколько от самой партии и состояния её коммунистической теории, которую пролетариат в одиночку двигать не может. Нет у него на это ни соответствующих знаний, ни свободного времени для их получения и, соответственно, для развития теории.

      Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии. Вход Регистрация