Кризис или рост?

Опубликовано: 06.10.21

Эдуард Нигмати, Публицистика, Статьи

Драка на английской заправке

Драка на английской заправке

Растущие цены на энергоносители говорят не о кризисе, а о попытке роста европейской экономики, но паника и ухудшение положения обывателей в европейских и британских городах заставляет мировую прессу кричать об энергетическом кризисе. Так что же мы имеем на самом деле?

Два года назад мы уже писали, что объявленная пандемия короновируса является «удачным» прикрытием для уже начавшегося кризиса перепроизводства, а также эффективным средством для сокращения «избыточного» производства. И на самом деле кризис пришел в 2019 году, что подтвердили и пустующие города призраки в Китае (построены и не заселены), и снижение цен на нефть, и обвал сначала американской, а затем европейской биржи. Но так как все эти безобразия происходили на фоне естественного карантина, приход кризиса был почти незаметным. И капитализм тут был как будто и не при чем.

Но к этому за период карантинных мер добавился еще один факт, большинство правительств раздали халявные деньги гражданам и фирмам, а Евросоюз — странам. То есть к действующим факторам добавился избыток необеспеченных реальными капиталами денежных знаков. Кроме того ФРС и ЕЦБ держали низкие и даже нулевые процентные ставки, что обеспечивало дешевый кредит. И еще в августе текущего года были сообщения о том, что крупнейшие кампании накапливают наличность, беря на развитие производства легкие кредиты.

К октябрю сложилось несколько факторов. Множество малых и средних капиталистов выбито из игры карантинами, уменьшением поставок, транспортными проблемами и ослаблением спроса. Однако кризис был с самого начала ослаблен исключительными мерами и денежными вливаниями, поэтому он не освободил рынки и не уменьшил конкурентное напряжение между главными участниками современного производства. То есть транснациональные кампании, финансовые группы и крупнейшие предприятия остались в игре. Мир не услышал о крупных банкротствах, а маленькие банкротства оказались маленькими несчастьями за пределами информационного поля и государственной поддержки.

В результате произошло сильное расслоение в лагере капиталистов. Мелкобуржуазное несчастье тут же выплеснулось на улицы Парижа, Берлина и других европейских городов в форме протестов против антиковидных мер. И именно мелкобуржуазный характер этих протестов обеспечил им характерную идеологическую пустоту и организационную ограниченность.

Однако крупные и крупнейшие кампании, накопив некоторые средства, используя кредиты и субсидии уже настроены на рост. Цена акций многих кампаний потихоньку устремились вверх, что видно по относительному росту индексов EURO STOXX. СМИ начали сообщать, что мировая и европейская экономика начала восстанавливаться после антиковидных мер, и тут бац… а энергии не хватает. То есть диспропорция случилась не только между различными слоями буржуазии, но и в форме энергетических инвестиций. За несколько лет до этого финансовый капитал устремился в поощряемую государством отрасль зеленой энергетики.

Тут можно подумать, что проблемы роста сегодня связаны с перекосом политики Евросоюза, с борьбой против России и борьбой России за свое место под империалистическим солнцем. Но это только надстроечная поверхность, а марксист обязан видеть базис проблемы. Посмотрим и мы.

Никакие благие экологические побуждения, никакие агрессивные геополитические интересы не нашли бы себе почвы, если бы не хроническая зависимость Европы, Китая и Японии от внешних источников сырья, которые в большой мере сосредоточены в США, России и зависимых от них странах. Европейские колонии давно утрачены, и влияние старых метрополий подрывается союзом с США, где американцы намерены играть первую, не всегда честную скрипку. Они легко перезаключают договоры, кидают партнеров, как это выразилась в недавнем заключении пакта между Англией, Австралией и США. Франция потеряла миллиардные контракты на поставку подводных лодок в Австралию.

Санкционная политика против Ирана, долгая бойня и неожиданное бегство из Афганистана, пылающие нефтяные поля Сирии, неостывающий конфликт на Донбасе — все это долгая битва за нефтяные и газовые трубы, которые намерены контролировать русские или американцы, Европа же остается не при делах. И без собственных энергоресурсов, то есть урана, угля, газа и нефти.

Зеленая энергетика — все эти парижские соглашения, киотские протоколы, торговля квотами на выбросы CO2 — отчаянная попытка отстоять европейскую независимость от мировых запасов топлива.

И тут сразу два «но».

Никаких зеленых усилий не может хватить для насыщения энергией европейских промышленных монстров. И ветряная, солнечная, водная и рапсовая энергия уж очень зависит от капризов природы. И этот каприз случился прямо теперь — ветра не дули, речки мелели, волны не набегали все лето. Топливный коллапс приобрел реальность за один только первый осенний месяц, и что будет зимой покрыто мраком прогнозов.

На одной стороне идет оживление крупной европейской промышленности, и она готова платить бешеные деньги за газовые фьючерсы из тех самых дутых субсидий, дешевых кредитов и накоплений. Но противоположная сторона, то есть европейский, да и мировой потребитель очень скоро столкнется с ростом цен на итоговую продукцию. Потому что при такой энергетической вилке сначала подорожает производство средств производства, а следом — весь потребительский набор товаров. Смогут ли обыватели и, конечно, рабочие выкупить подорожавшую продукцию? Ответ скрыт в перепроизводстве денег. Необеспеченная капиталом наличность и ее соотношение с зарплатами и обмелевшими доходами мелких производителей — это и есть ответ на вопрос: это кризис или рост.

Похоже антиковидные меры не спасли европейскую экономику от депрессии, но это значит, что и мировой кризис еще не завершен. Он и не может быть завершен в нынешних условиях, потому что требует либо гибели существенной части крупной экономики, либо очередного передела мира.

Это империалистический тупик, возле которого уперлись все благие пожелания наивной интеллигенции и совсем не благие планы транснациональных кампаний. Дальше этого тупика ничто прорваться не может без существенных потерь и страданий.

Мир совершенно созрел для устранения капиталистического способа производства, для революции. Дело лишь за революционной волей, которая пока серьезно отстает от экономических событий.

Поделитесь с друзьями



Комментарии ()