Условия формирования марксистской партии в Российской Империи

Опубликовано: 10.11.13

Эдуард Нигмати, Исследования, Книги

Начнем выбираться из теоретического тупика.

Чтобы разбирать кризис коммунизма сегодняшнего дня, чтобы делать это научно и диалектически корректно, чтобы выявить подлинные, а не искусственные противоречия, сломившие общество реального социализма, необходимо вернуться к тому времени, когда основы реального социализма только закладывались. Диалектическое исследование не может останавливаться на временном срезе общественной жизни, оно рассматривает проблему в историческом масштабе.

Следовательно, снова – «декабристы разбудили Герцена» и т.д…

Марксистская идеология в России строилась на плечах народнических революционных организаций, которые, в свою очередь, вырастали на идеях Лаврова и Бакунина. Лавров, относившийся благосклонно к Марксу, революционером не был. Ядром его деятельности являлось просвещение. Друг-противник марксизма, член Первого Интернационала, революционер-бунтарь Бакунин, строил свои теорию не на историческом материализме, а на «мечтательной» мысли о «коммунистическом инстинкте» русского человека.

Эти характеристики Лаврова и Бакунина дотошный читатель-слушатель может найти в статье Плеханова «Первые шаги социал-демократического движения в России». За Бакуниным шла молодежь. И вместе с ним большинство революционных организаций, которые составляла интеллигентная молодежь, проповедовали особый русский коммунизм, торжество социалистической крестьянской общины, которая должна естественным образом прийти к коммунистическому обществу, если разрушить государство.

Народники долго и настойчиво развивали агитацию в крестьянской массе, но народ оставался глух к проповеди народников. Община, как и другие формы микрокоммунизма: большая семья, диаспора, землячество, религиозная секта, монастырь – является реакционной, самодостаточной, аполитической структурой, которая уже в силу этих свойств является препятствием для установления коммунистической формации. Главная функция микрокоммунистической группы поддерживать традиционные формы жизни и натуральный экономический уклад.

Микрокоммунистическая группа, тут прав Бакунин, существует благодаря тому, что человек как животный вид действительно имеет «коммунистический инстинкт», точнее стадный инстинкт, но не только русский или восточный, а любой человек. Преодолевая силы природы, человечество становится разумным, создает экономику, политику, культуру, социальные отношения. И, как огонь или каменный топор, позволяют человечеству выйти из природы, так и преодоление инстинктивных стадных объединений являются движением к социальной жизни. Не трудно понять, что социальная жизнь, если и является развитием стадного инстинкта, все же уже не инстинкт, а проявление сознательности.

Если можно говорить об идеологии внутри микрокоммунистической группы вообще, то она представляет собой круговую гарантию конформизма, основанную на общественном одобрении той или иной традиции. В общественно-политических системах, где по тем или иным причинам продолжают присутствовать микрокоммунистические отношения, так или иначе приходится считаться не только с внутренней идеологией таких групп, но и с ее естественной, бессознательной силой, оказывающей особое, часто мало заметное на коротком историческом отрезке, влияние.

В эпоху формирования марксистской идеологии в России, социалисты ориентировались на формулу «Манифеста коммунистической партии»:

«Средние сословия: мелкий промышленник, мелкий торговец, ремесленник и крестьянин - все они борются с буржуазией для того, чтобы спасти свое существование от гибели, как средних сословий. Они, следовательно, не революционны, а консервативны. Даже более, они реакционны: они стремятся повернуть назад колесо истории. Если они революционны, то постольку, поскольку им предстоит переход в ряды пролетариата, поскольку они защищают не свои настоящие, а свои будущие интересы, поскольку они покидают свою собственную точку зрения для того, чтобы встать на точку зрения пролетариата».

В этой фразе крестьянин так же показан, как реакционер, но она не учитывает влияние общины, большой семьи, то есть среды, которая остается надолго в духовной жизни человека, даже после того, как он реально становится частью рабочего класса.

В классическом капиталистическом обществе, на формирование которого ушло несколько столетий, микрокоммунистическая среда разрушается. Ее разложение происходит в жесточайших условиях, при сильнейшем давлении рыночных сил. И капитализму нет нужды искать оправдания за мучительные процессы, так как они начинаются еще задолго до легитимации буржуазной власти и во многом способствуют восприятию лозунгов буржуазной революции. Но такое классическое общество смогло возникнуть лишь в нескольких странах, которые в силу определенных геополитических процессов смогли осуществить индустриальный скачок раньше других. И эти же геополитические условия формируют в этих странах наиболее сильную политическую власть буржуазии, крепче сохраняют капиталистическое общество.

В обществах буржуазной периферии складывается более сложная общественная система. С одной стороны, все та же определенная геополитическая ситуация предоставляет меньше условий для развития классического капитализма, а с другой, сами капиталистические державы уже препятствуют вхождению на рынок новых игроков, формируют зависимый капитализм и международное разделение труда. Но именно в этих окраинных странах - наименее устойчивое капиталистическое общество и более убедительные стимулы для преодоления капитализма.

Социалистическая революция и социалистическое строительство сталкиваются рано или поздно с необходимостью преодоления микрокоммунистической идеологии. То, что капитализм преодолевает экономическим насилием, для социализма оказывается моральной проблемой. Кроме того, часть противоречий носит скрытый характер, так как не может быть осознано в рамках классической схемы марксизма, в рамках борьбы буржуазии и пролетариата.

Наконец, преодоление микрокоммунизма связано не только с идеологией, но и с экономической зрелостью. То есть с развитием производительных сил до уровня, который уже в состоянии исключить общину, большую семью, диаспору, как необходимую экономическую форму. Поэтому, когда мы говорим, что социализм в какой-то стране недостаточно зрелый, то имеем в виду, прежде всего, то обстоятельство, что внутри социализма еще остались капиталистические, феодальные и даже общинные структуры. И такой социализм, конечно, не может быть еще ни достаточно сытым, ни достаточно культурным, ни достаточно демократичным. Более того, в нем всегда остаются силы для реставрации капитализма, хотя сами эти силы могут тянуть и дальше к архаическим формам жизни, но невольно производят буржуазные отношения, так как их и на возвратном пути спирали невозможно пропустить.

К содержанию>>> Дальше>>>



Комментарии (1)

  1. Виктор Тяпин 16 ноября 2013, 13:51 #
    Даже не знаю, зачем пишу. Со всем полностью согласен, возражений или комментариев пока нет.

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии. Вход Регистрация